На этой неделе в Череповце почтили память погибших на подводной лодке «Курск» моряков

473
2 минуты
На этой неделе в Череповце почтили память погибших на подводной лодке «Курск» моряков

На воинском мемориале № 1 возложили цветы к могиле Руслана Тряничева, который служил матросом на атомной подлодке «Курск».

Самая масштабная катастрофа в истории российского подводного флота произошла 12 августа 2000 года в Баренцевом море, на глубине 108 метров. На борту находились 118 человек. Все они погибли.

Череповчанину Руслану Тряничеву было 20 лет.
«Руслан был послушным ребенком, самостоятельным. Готовился к армии, ходил в секции, пел в хоре. Служил с удовольствием. Хотел в морскую пехоту попасть, а оказался на подводной лодке. В письмах писал, что все у него хорошо… 6 августа мы получили от него последнее письмо, он написал: „Последний поход, и домой“. Так и не дождались мы сына», — сказала Валентина Тряничева.

Руслан Тряничев попал на «Курск» с подлодки «Воронеж», его перевели на место отбывшего в отпуск матроса из Кадуя. Руслану оставалось служить два месяца. Посмертно он награжден орденом Мужества.

«Страшно подумать, сколько времени ребята оставались живыми, но замурованными на глубине. Ждали, надеялись, — говорит заместитель директора АО „Апатит“ по социальной политике Дмитрий Калюков. — Валентина Николаевна после гибели сына обязательно хотела еще ребенка. Это было смело, мало бы кто на это решился. У Руслана есть сестра, она родилась через год после его смерти».

«Много еще тайн в этой трагедии, которая потрясла весь мир. Это горький урок для моряков, конструкторов, спасателей. Уверен, сегодня бы спасатели справились, а тогда не смогли открыть люки. В первую очередь надо думать не о гонке вооружений, надо заботиться о человеке», — считает экс-командир череповецкого ОМОН, депутат Гордумы Геннадий Малышев.

На подлодке «Курск» погибли еще трое жителей Вологодской области: матросы Дмитрий Котков и Илья Налетов и командир группы радиоразведки старший лейтенант Александр Гудков, сообщает cherinfo.

...Плакала Таня, как Башня горела
(Башня - в Останкине, Таня – в глуши.
Ей-то, казалось бы, что и за дело?
Да и слезами ли башни тушить?)
А о подлодке, что всплыть не сумела
Со стометровой – всего! – глубины,
Таня не плакала, в голос ревела:
Сто восемнадцать! Ведь чьи-то сыны!
Чьи-то отцы, чьи-то милые братья,
Чьи-то любимые, чьи-то мужья…
Пусто в раскрытых навстречу объятьях,
И никакого не видно вражья,
Кроме холодного мрачного моря,
Гневных валов злободневной воды.
Плакала Таня от общего горя,
Как от своей неизбывной беды.
никнет черёмуха. Рдеет рябина.
Таня выходит картошку копать.
Около – два подрастающих сына.
Радуйся, Таня! … пока не рыдать.

Ольга Фокина

Фото - cherinfo.ru




Читайте также